Она никому не могла отказать —
Любому покорно стелила кровать.
Соседи брезгливо плевались: шалава!
Когда ж на тебя найдется управа?
К ней бегал лысеющий мент-подкаблучник,
Воришка с этапа прямо в наручниках,
Водитель «газели» и дедушка-дворник,
И наголо бритый бугай-уголовник.
Сапожник, портной, ветеран-алкоголик,
Однажды случился профессор-историк.
Бабульки на лавочке диву даются:
Откуда ж такие только берутся?
И ладно была бы собою уродина!
Так нет — при фигуре, одета по моде.
Такой, старички, Божий задум:
Чтоб тем, к кому жизнь стала задом,
Даны были ласка, вино и постель,
И в полночь открытая, ждущая дверь.
Чтоб тем, кто разбит и от жизни устал,
Нашелся любви последний причал.
Так что мораль ваша зла и убога.
Грешники тоже бывают от Бога.