В осеннем солнце теплится жизнь уходящего лета.
В лужах блестят искры звезд бесшабашных ночей.
Вхожу в образ отшельника, нелюдимого затворника-поэта,
Обрекаю себя добровольно остаться ничьей.

Собираю увядшие листья в букет сожалений о лете,
Сорванных тяжестью дней золотого тепла.
И бросаю в огонь. Дышу дымом. Встаю на рассвете,
Когда в мыслях, душе и любовном костре остается зола.

С дверью настежь, с душой нараспашку жду первых морозов,
Вихрей снежных, что скроют следы сердцу милых гостей.
Изгоняю, как дьявола, рифмы, забываю слова, рисую прозу
На оконном стекле, на домах и заборах пустых площадей,

Безутешных, промокших, покинутых парами улиц,
На скамейках, где смелость брала города
Неприступных красавиц. Где мы с тобой тоже, целуясь,
Лепетали фальшивую милую чушь до утра.

Я, как осень, умыта дождями сплошных откровений.
С ясным взглядом, погасшим нутром и холодным расчетом,
Отрезвев от страстей, обещаний и чувственной дребедени,
Исправляю безжалостно летних ночей недочеты.