Я сидела за компьютером уже час и гипнотизировала файл с моей новой работой, размышляя, чем она для меня обернется.

Прошло больше недели после разговора с матерью и почти неделя после интервью с деканом Гарварда, куда я не поехала. Я ждала, что мать позвонит с новым скандалом, но телефон молчал, и оплата за учебу в МИТ тоже не поступила. Кроме того, вчера банк сообщил, что мой счет ликвидирован, а деньги переведены в корпорацию. То есть, моя надежда не оправдалась — Миссис Торнпул все-таки ввела против меня экономические санкции.

Ситуация не была безнадежной, почти не была. С одной стороны, я одна из лучших студентов. Несколько недель институт сможет подождать. С другой стороны, за неделю 50 тысяч долларов мне не достать. О стипендии или гранте с моим именем можно не думать. Кто даст деньги падчерице миллиардера, когда есть тысячи других более нуждающихся претендентов?

Нет, я не жалела о том, что поссорилась с матерью, но злилась на себя за то, что сразу не проработала план Б.

Как только я поняла, что попала, позвонила своему боссу, Аарону. Наверное, здесь нужно объяснить, кем на самом деле я у него работаю.

В прошлом студент МИТ, талантливый еврейский мальчик на удивление создал не самый прибыльный бизнес — фирму по обслуживанию компьютеров. Мало кто знал, что фирма – лишь видимая часть айсберга. Компьютеры он действительно обслуживал, но для этого брал на работу первокурсников. Гораздо более интересным было другое направление бизнеса Аарона. Сам он называл его безобидно – сбор информации в глобальной паутине. На самом деле одной паутиной дело не ограничивалось, так что, по мне, все это попахивало кибер-шпионажем. Эту работу Аарон предлагал опытным и «надежным». Как опеределялась надежность, один Бог ведает. Было у Аарона какое-то… чутье.

Самыми частыми клиентами были детективные агенства.По моим подсчетам с четырьмя Аарон работал постоянно. Были и частные заказчики. Для нас, исполнителей, конечно, имена клиентов должны оставаться в тайне, но все зависит от желания и профессионализма…

Я работала у него уже 3 года, 2 года — в «мега-крутой» команде. Если задачей обычных сыскарей было нарыть информацию в определенном формате, «крутые» получали практически полную вводную. Наше дело – не «рыть», а анализировать данные: находить закономерности и причинно следственные связи, выделять ключевое в гигабайтах собранной информации. Аарон называл нас «техническими следователями». Такая должность существует в ФБР и полиции. Аарон работает в тех случаях, когда обращаться в полицию – не в интересах клиента.

 

Итак, я позвонила Аарону, правда, без особой надежды. Праздники для нас мертвый сезон.Офисы закрыты (хотя на них я уже 2 года не выезжала), а взлом мобильника жены ревнивые мужья обычно переносят на потом. Никто на праздники не хочет ссориться. Так что шанс застать еврейского мальчика дома был ничтожен, но мне срочно нужна была работа.

Увы, чуда не случилось. Автоответчик поведал, что мой босс на заслуженном отдыхе, и я чертыхнулась до того, как послышался длинный гудок. Я знала, что с работой не выгорит, на худой конец, можно было бы попросить у Аарона в долг, но не станешь же просить денег у автоответчика.

На другой день Аарон перезвонил, и я задала вопрос в лоб: сможет ли он одолжить 50 тысяч под «честное слово», что я отработаю. Работать придется долго, но не все дела Аарона построены на «любовных треугольниках». Коммерческая информация хорошо охраняется, но и дорого стоит…

— Я понимаю, что это много, но если ты отдашь всех «коммерсантов» мне, я смогу отработать. Я справлюсь, ты знаешь, на что я способна! – Черт! Даже речь Буша о начале кампании в Ираке была менее убедительной.

Но еврейский мальчик был рожден с калькулятором вместо сердца.

— Я все понимаю, но нет. Ты сама знаешь, на сколько рискованный и нестабильный наш бизнес. Никто не гарантирует регулярность хороших заказов. Прости, Хоуп, я не могу рассчитать, когда ты это вернешь.

— Понимаю. – Я не обиделась. По крайней мере честно. За это Аарон мне всегда нравился. Уважаю людей, способных на неприятную честность.

— Раз тебе больше не нужно ходить в институт, может, возьмешь дневные смены по офисам? – То ли пошутил, то ли предложил всерьез Аарон.

— Спасибо, но меня еще не выгнали. – Улыбнулась я. —  Пару лишних ночных могу.

— Идет, сброшу тебе график. – Предложение оказалось серьезным.

— Что, проблемы с первокурсниками? – Поддела я.

— С первокурсниками – нет. А вот с их дисциплиной… — Вздохнул Аарон.

— Значит, я у тебя в воспитательных целях?

— Вроде того.

— Ладно, давай свой график.

На том и простились.

С жильем меня выручил Райан. Его Камаро застрял в ремонте, так что он взял мой Eclipseнапрокат и заплатил наперед, чтобы я могла оплатить аренду дома.

У нас сложились странные отношения. Мы редко договаривались о встрече, но стоило мне подумать о Райане, он появлялся словно из ниоткуда: то трезвоня в дверь, то встречая меня у магазина, то подсаживаясь за столик в закусочной. Утром он отвозил меня в институт, вечером в бар, где я работала, пока Джон не найдет замену Омару. Потом -от клиента к клиенту по графику Аарона.Я уже сто лет не ездила на обслуживание офисов, но сейчас выгребала у Аарона всю черновую работу.

Мне нравилось ездить с Райаном. Он, как оказалось,прекрасно знал город. Я слушала с открытым ртом, как он рассказывал, что было на месте той или иной улицы, когда улицы еще не было. Получалось на столько правдоподобно, будто он сам жил в Бостоне 19 столетия. Райан утверждал, что вычитал все это из путеводителя, но я не верила. Памяток старины, на которые он обращал внимания, не было ни в одном туристическом справочнике. Так что либо мой спутник был родом из Бостона, либо серьезно изучал историю восточного побережья. Если верить печальной истории о его ирландских предках, они вполне могли жить в Чарльзтауне. Эта часть города возникла как ирландское поселение в первую волну эмиграции.Линда по матери была ирландкой и много рассказывала о том, как обживались на этой земле их предки. Но Райан больше не говорил о своей семье, а мне запрещено было что-либо спрашивать.

Мы ужинали в небольших романтичных кафе.Вернее ужинала я – Райан практически не ел, с улыбкой наблюдая, как я поглощала заказанные им деликатесы. Я и не подозревала, что в городе есть ничем не примечательные места, где без предварительной записи можно отведать такую вкуснятину. Гастрономическая помощь была очень кстати в условиях моего личного экономического кризиса, но я чувствовала себя неловко. Райан везде платил за меня. В Америке так не принято, даже любовники здесь берут раздельный счет. Я попыталась заикнуться, что на еду я уже заработала, но Райан, оплачивая очередной счет, отшучивался чем-то вроде «меня так воспитывали» и «позволь побыть старомодным».

В глубине души я рискнула предположить, что, наконец, встретила исключение из правил – мужчину, не пристающего с поцелуями на первом свидании. Райан проводил со мной время не потому, что я – выгодная партия, у меня светлые волосы, длинные ноги, и меня не стыдно показать знакомым. Ему со мной просто не скучно. Он был увлечен мной, но не пытался сократить расстояние между нами, изображая скорее роль старшего брата. Довольно странное поведение для взрослого мужчины, но выбора у меня не было: мне было с ним безумно интересно.

Это открытие посетило меня на вторую неделю нашего знакомства и напугало до чертиков: кроме имени (и я была уверенна, что оно не настоящее), я не знала о нем ничего, но не представляла, что буду делать, если однажды он не придет.

Сегодня Райана со мной не было, и я, как ни странно, была рада. Последние несколько дней он старался вести себя, как обычно, но что-то изменилось в нем.Движения стали резкими, улыбка сдержанной, а глаза холодными. От него исходило какое-то напряжение, напомнившее мне то чувство дискомфорта, что я испытывала рядом с ним в первые дни знакомства. Хотя, возможно, это все мои нервы.

Да и лучше ему не ввязываться в то, что я затеяла. Того, что давал легальный заработок, хватало на жизнь, но не решало проблему с учебой. Можно было взять академ-отпуск, но я не хотела пропускать год. Да и заработать 50 штук за год законным способом – довольно призрачная перспектива. Исчерпав все варианты, сегодня я настроилась на отчаянные меры.

Объявление на форуме программистов приглашало на работу консультанта по кибер-безопасности для решения нестандартных задач.Я знала, что на самом деле это значило из уст, а точнее, рук данного автора. Я вычислила, что после его запросов на форуме у Аарона довольно часто появлялась для нас «работа». Это объявление висело уже неделю. То есть никто не взял заказ. Значит, это либо опасно, либо невероятно сложно, либо и то и другое. В общем, это должно быть дорого…

Меня устраивала работа через Аарона. Прямой контакт с заказчиком – дело рисковое. Риск стоит денег, так что я понимала, почему Аарон платил нам крохи –это ему разбираться с копами, если клиент окажется подставным. Но мне позарез нужны деньги, и сегодня я перейду ему дорогу.

Судя по файлу, все должно быть просто. На первый взгляд. Ребята из канторы А хотят клиентскую базу канторы Б. Правда, ни о канторе А, ни о канторе Б в сети ни одного поста.И не понятно, почему Аарон не взялся…

В общем, я решила подойти к вопросу осторожно. Я знала с десяток кафе с хорошим интернетом, но проверив расположение камер в городе, выбрала всего три. Взлом – процесс творческий и трудоемкий, здесь нет единого алгоритма и нельзя точно рассчитать время. Если у «объекта» есть мобильная служба безопасности, за одним компом задерживаться нельзя. Вполне возможно, придется быстро перемещаться. Поэтому я позвонила Ноа, племяннику Чака. Подростком парень получил срок за угон и был освобожден досрочно. С его помощью я разобралась с программами для угона. Чисто спортивный интерес – смогу или нет. Теперь Ноа хранил у меня на чердаке некоторые примочки, так как в Штатах они не совсем законны, а к нему часто наведывалась полиция. Да, у меня широкий круг знакомств.

Я попросила у него найти «левую» тачку на пару часов.С тачкой Ноа не помог — завязал, но подсказал кафе рядом с СТО с идеальным местом для отхода. Его я записала в свой список четвертым.

До первого кафе я решила доехать на своей машине, так что осталось найти Райана. Несколько дней назад он обзавелся сотовым. Я только подумала набрать номер, как в прихожей дилинькнул дверной звонок.

Я открыла дверь и на мгновение зависла. Передо мной стоял Райан и не Райан.

— Что с тобой? – Мы задали один и тот же вопрос одновременно, пристально глядя друг на друга.

— Ничего. – Соврали опять же в унисон.

Я могла сказать с уверенностью – Райан лгал. Его лицо было суровым и бледным, взгляд, подчеркнутый свинцовыми тенями, гнетуще тяжелым, а движения слишком резкими. Глаза блестели лихорадочно, нервозно. Я даже не сразу узнала его. Он, похоже, был чем-то озабочен и старался скрыть это, но у меня не было времени разбираться. Я первый раз шла на преступление лично, обычно для Аарона я воровала информацию попроще, так что сейчас мне было не до Райана и его заморочек. Меня всю трясло от нервов, а нужно было успокоиться.

Райан тоже посмотрел на меня удивленно. Одежда моя совсем не была предназначена для привычного вечернего променада. Черные спортивные брюки и темный джемпер под горло, кроссовки на липучке, волосы в узел под бейсболку, сверху флисовая темно-серая кенгурушка с капюшоном. В руках черная стеганая жилетка, а на плече рюкзак с ноутом – быстрее будет со своим, чем переливать «инструменты» на машины в кафе.

Мы снова набрали воздух в легкие, чтобы сказать еще что-то и осеклись, словно один человек по разные стороны зеркала, синхронно.

— Ты первый. – Я уступила Райану слово.

— Я уезжаю, закончил все дела в Бостоне. Пришел проститься и вернуть машину.

— Хорошо. – Я слишком нервничала, чтобы расстроиться. – Мне как раз нужна машина на сегодня. Есть работа.

— Что ж. Держи! – Райан протянул мне ключи. Он замялся на пороге, посмотрел на меня так, будто хотел сказать что-то важное, но сказал только: — Удачи тебе, Хоуп Торнпул!

Я не пыталась выяснить, что там у Райана на уме. У меня мозг работал сейас только в одном направлении.

— Спасибо.

Я взяла связку и вышла за дверь. Райан остался на пороге, провожая меня взглядом. Мне некогда было думать, увидимся ли мы еще.

Первое кафе я выбрала практически в центре Бостона. Время позднее, город уже был свободен от заторов. Транспорта много, до второго кафе можно доехать всего с несколькими пересадками. Камер поблизости было мало, а в самом кафе ползала вообще попадало в мертвую зону. Но в целом в центре дорожных камер полно, так что здесь засветиться нельзя, очень большой риск, что ищейки найдут мое лицо на какой-то из камер.Я задержалась не на долго – только чтобы «войти» и осмотреться.

«Вход» оказался не слишком сложным, но сама сетка канторы была столь навороченной, что я голову сломала, что делать дальше. На подъезде ко второй точке я задумалась. Слишком легко. Я вошла всего за 80 минут, стараясь действовать осторожно. Если бы ринулась грубо – всего минут 20 ушло бы. Почему же никто, включая Аарона, не взялся?

Во втором кафе я «вломилась» в систему тем же ходом, не встретив никакого сопротивления. У них вообще есть система безопасности? Хотя, в файлах у них черт ногу сломит, так что вор здесь просто ничего не найдет. Я старалась себя успокоить, но ладони начали потеть от нарастающего чувства тревоги.Больно это все похоже на ловушку. Не рискнув долго шарить по директориям, я запустила полное копирование на мой ноут. На копировании система наконец начала упираться, но… я умею быть убедительной.

Я сидела у окна, рассматривая улицу, пока файлы перетекали на винт моего лэптопа. На город опустилась глубокая ночь. Я была единственным посетителем кафе, не считая компании геймеров в противоположном углу. Как вдруг у входа припарковалась черная BMW тройка. Я ждала минуту, две, три, но из машины выходить никто не спешил.

Я выдернула сетевой шнур, сгребла ноут в сумку и быстрым шагом направилась к двери. Возможно, это совпадение, но рисковать я не буду.Третье кафе располагалось не далеко, а половина данных у меня уже есть. Если тройка не поедет за мной, докачаю остальное. Если поедет, отрываюсь и отбой. В нашем деле главное уметь вовремя остановиться.

Я вышла и быстрым шагом двинулась к метро.BMW осталась на месте. Я должна была обрадоваться, но даже облегчения не почувствовала. Что-то было не так. Но что?

К третьему кафе я ехала минут 40. Долго. Если у них есть хоть какая-то система безопасности против взлома, ей хватит времени на подготовку к моему появлению.

Я подключила ноут к сетке и как в воду глядела. Система безопасности, продрыхшая мои первые два появления, теперь набросилась на меня, как голодный цепной пес. Что делают с голодными псами? Все просто – бросают кость.

Я вырубила ноут из сети, вошла с локальной машины и полезла к счетам. По сути, из финансовой части мне нужна была только база плательщиков, так как это собственно и есть база активных клиентов, практически. Есть еще клиенты в разработке и любители гонять деньги через оффшоры. С этим придется повозиться.

Я сделала три заведомо проигрышные попытки получить доступ к счетам в интернет-банкинг и покинула кафе, оплатив еще час в сетке. Пусть думают, что я пришла за деньгами, а не информацией. Машина будет бездействовать. Это отвлечет их на несколько минут. Если решат, что я задумалась, не будут ждать моего появления в другом месте. Час — непозволительно долго.Если у них обнаружится и мобильная служба безопасности, они обязательно приедут. Я подключилась к камере видео-наблюдения в магазине напротив и вывела ее картинку в сеть. Посмотрим, появятся ли гости…

 

Кафе Ноа, четвертое по списку, неожиданно спряталось в промзоне на Дорранс Стрит рядом с СТО, где он работал. Даже удивительно, что я раньше не обращала на него внимания. Кто придумал засунуть хорошо оснащенное кафе в такую дыру?Доехать сюда можно было только на такси, и я отпустила машину за 2 квартала, на площади.

Его я не случайно оставила напоследок: здание на углу имело 2 выхода на две стороны улицы, а черный ход выходил в тупик. С фасада – неоновая вывеска, прозрачное окно и аккуратная парковка. С другой стороны закусочная «Равиоли мамы Розы». Сзади – большой двор, смежный с СТО,за ним – железная дорога. На соседней улице – небольшая мастерская по ремонту катеров с выходом к воде. И почему я еще о лодке не подумала? Глухая промзона с множеством закоулков, в общем.

По дороге я успела придумать, как зайти в систему канторы Б еще быстрее, так что буквально вломилась ровно в то место, где остановила копирование. Файлы опять запорхали из директории в директорию.

На соседней машине, чтобы не мешать «работать» своей, я запустила видео с камеры наблюдения у предыдущего кафе.BMW теперь оказалось две, черные тройки, абсолютно одинаковые. В такие совпадения я не верю. Это определенно секьюрити. На сколько я могла разглядеть, в машинах было пусто. Наверняка, ребята работали внутри. Что ж, пока все по плану. В подтверждение моей догадки три молодца в одинаковых кожанках высыпали из кафе и упаковались по машинам. База канторы больше не сопротивлялась, видимо, держали меня на крючке, чтобы дать время своей службе безопасности доехать. Что ж, ехать им минут 20, копировать мне минут 7 максимум… Я откинулась в кресле, потянулась и лениво перевела взгляд в окно. Потягиваюсь – и собираться.

Картинка за стеклянной витриной скрутила меня так, что от расслабленности не осталось следа. Хорошо хоть, судорога не схватила. Две BMW тройки, точно такие же, как только что отъехали от третьего кафе, припарковались у забегаловки с равиоли. Водители – точная копия ребят, что я наблюдала на видео, вышли и огляделись. Витрина кафе была прозрачной – все, что делалось внутри, как на ладони было видно с улицы. Взгляд одного «кожаного» остановился на мне. Я медленно «вышла» из потягивания, краем глаза проверив копирование: завершено на 98%. Секьюрити обменялись короткими фразами и разошлись в разные стороны. Очевидно, осматривают местность — уверенны, что взломщик внутри.

Ноутбук пискнул, сообщив об «ошибке копирования». В ту же секунду я поняла, что «провалилась».

Я рывком выдернула сетевой шнур. Времени на еще одну попытку не было, гарантий, что жертва не обернется охотником – тоже. Нужно было уходить, пока мой «объект», ринувшись в контратаку, не запорол мне машину, а секьюрити в коже не испортили мне жизнь.

Бросив лэптоп в сумку, я направилась к туалетам и завернула в подсобку. Обойдя горы старой копировальной техники и устаревших компьютеров, собранных здесь, видимо, для вывоза на утилизацию, я нашла заднюю дверь. К счастью, она оказалась запертой лишь на защелку. Выход уперся прямо в забор, я подставила канистру, валяющуюся тут же, и перемахнула на ту сторону – прямо во двор СТО.

Шум колес привлек мое внимание. Я аккуратно заглянула в зеркало над воротами СТО. На противоположной стороне улицы припарковались 2 машины. Похоже, подтянулись BMW с третьего кафе. Приглушенные голоса и шум шагов то удалялся, то приближался в мою сторону. По нескольким фразам, брошенным слишком громко для безлюдной улицы, я поняла, что ребята здесь только страхуют основную группу, которая уже прочесывает район. Кто бы ни был мой «объект», простым он больше не казался. Если 5 молодчиков на четырех крутых машинах, это страховка, он должен быть нереально крут.

В кафе послышался шум и грохот падающей мебели. Видимо, «кожаные» ребята не церемонились. Нужно как можно скорее выбираться отсюда. Нет у меня желания с ними знакомиться.

Варианты отхода пронеслись в мозгу, как экспресс-калейдоскоп. Лучше всего уходить без оборудования, но времени на чистку ноута нет, а если его все же найдут в таком виде, меня найдут тут же. Ломать винт не хотелось – возможно, есть шанс, что в спокойной обстановке я смогу вытянуть то, что нужно заказчику, из того, что успела скопировать. Правда, без ноута и примочек, можно попробовать уйти пешком, хотя… Район был специфический. Девушка, блуждающая здесь одна среди ночи – уже подозрительно. Если нарвусь на кого-то из них, любая история «что я здесь делаю» будет нелепой. А глядя на них, думаю, правду матку они из меня быстро выбьют. Нет, не хочу я встретить этих молодчиков в темном переулке в любом случае. Значит, нужна машина, и очень быстро. Я огляделась вокруг и удивилась, как же я сразу не додумалась.

Я бывала на этом СТО в гостях у Ноа. Я даже код на двери знала, как и то, что в гараже нет сигнализации. Оставалось только надеяться, что внутри найдется что-то, что вывезет меня отсюда.

Не раздумывая дольше, я взломала электронный замок и вошла в темную утробу гаража. Взлом замков – дело плевое, но важное. Нельзя было показывать, что я здесь раньше бывала. Как ни крути, а я собиралась угнать тачку. Очевидно, угонщика будут искать не только парни в кожанках. Полиция не должна понять, что угонщик – кто-то из посетителей.

Не знаю, какой финал задумал для меня Господь Бог, но пока он меня точно баловал. Прямо на входе красовалась отполированная до блеска ToyotaSupra. И положение в гараже, и состояние свидетельствовали о том, что машина была готова и встречала хозяина. Я сняла со щитка на стене ключи с брелком «Тойота» и открыла свое спасительное транспортное средство.

И без того серьезная тачка, Супра оказалась с лихвой «нафарширована». Базовый комплект сидений был заменен на спортивные «ковши» Recaro. На педали наклеены плотные накладки с протектором для лучшего сцепления. Встроенный выдвижной монитор и датчики на приборной доске свидетельствовали о наличии системы впрыска закиси азота, причем, двухуровневой. Дверные карты и потолок перетянуты кожей, что не мешало также установить каркас безопасности. В общем, машина – мечта. Я мысленно поблагодарила Бога. Наткнуться на такой аппарат в Бостоне – чудо. Все-таки у нас не Флорида и не Калифорния. Даже состоятельные люди здесь предпочитают более приземленный транспорт.

Я повернула ключ в замке зажигания и, оставив машину «прогреваться», открыла роллету на выезде из гаража. Прислушалась, нашла в зеркале над воротами припаркованные на другой стороне улицы BMW, прислушалась еще раз. Ночью мельчайшие шорохи разносятся на значительные расстояния. Пассажиров BMW поблизости не наблюдалось, и я открыла ворота. Не дожидаясь, появится ли кто-то на звук скрипящего металла, я бросилась к Супре.

 

Пассажирская дверь распахнулась, как только я села за руль, заставив меня подпрыгнуть в кресле от неожиданности. Сердце упало в пятки от страха. «Кожанные» не могли появиться у гаража так быстро.

— Верни машину, — буравя меня строгим взглядом, приказал Райан. Я должна была слышать, как он пробрался в мастерскую. Почему же не слышала?

— Что ты здесь делаешь? – Прошипела я, когда ко мне вернулся дар речи.

— Спасаю тебя от ненужных неприятностей.

— На кого ты работаешь? – Прищурилась я.

Я даже не пыталась выяснять, как он здесь оказался. Что бы он не выдумал, он не мог появиться здесь случайно.

— У нас мало времени. – Райан проигнорировал вопрос, многозначительно кивая на улицу. – Верни машину и пойдем отсюда.

Звука шагов я не слышала за урчанием двигателя. «Кожаный» парень проплыл по тротуару с сигаретой в руках. Он поднес ее ко рту и так и застыл, забыв подкурить, когда его взгляд упал на открытые ворота.

— Ты опоздал со спасением, — констатировала я. – Садись или отваливай! Только быстро!

Парень с сигаретой уже бежал нам на встречу, набирая номер на сотовом. Я одарила Райана испепеляющим взглядом. Он что, нарочно задерживал меня?

Райан перенес себя в кресло проворно и грациозно. У меня бы так точно не получилось. Тишину улицы разорвал приятный рык 3 литрового форсированного мотора.  Я рванула с места, чуть не сбив «кожаного» парня с ног.

Команда в кожанках среагировала практически мгновенно: я успела свернуть на соседнюю улицу, когда в зеркале заднего вида показались две BMW.

Тойота уверенно набирала скорость, увеличивая отрыв и давая мне время подумать. Я бросила взгляд на Райана. Не лучшая идея была взять его с собой. Маловероятно, что он работает на «кантору Б», если так – скрутил бы меня прямо в мастерской. На «кантору А», возможно, но пока не доказуемо. А вот на мою мать… Очень возможно, мы не случайно встретились в Нью-Йорке. Если моя мать все-таки обнаружила, что я не беру деньги на содержание раньше, чем обман с Гарвардом, могла нанять ищейку, чтобы выяснить, чем живет ее дочь.  Вполне в духе моей матери получать информацию таким способом.

Пролетев Арлингтон, я свернула на Алфорд стрит. «Баварские близнецы» вошли в поворот вместе со мной.Я постепенно начала замечать, что они разные. Тот, что сейчас дышал мне в спину, самый шустрый, судя по обвесу и динамике, скорее всего M3.

Я увлеклась, разглядывая преследователей, и чуть не пропустила поворот.Втискиваясь между домами по сжатой траектории, я обнаружила неприятную вещь. На таких машинах зимой на побережье никто не ездит. Видимо, Супра приехала в гараж на лафете и оказалась не «переобутой» на зиму. Хотя дорога была расчищена от снега, Тойота на летней резине скользила по асфальту, как корова на катке. «Близнецы» в повороте оказались более устойчивыми, так что М-ка  почти поджала меня сзади. В общем, от превосходства в мощности без нормального сцепления с дорогой толку не было. Чтобы оторваться, мне нужна была прямая. Я рванула к повороту на Мэйн-стрит в надежде выскочить на Мистик-Эйв, но серьезно недооценила преследователей. Похоже, они уже сориентировались на местности.

Третья тройка вылетела практически мне навстречу и ушла в «полицейский разворот», отрезая меня от поворота.Теперь мне оставалась одна дорога – Разерфорд Эйв, ведущая в Чарльзтаун.

Мы остановились на светофоре на площади Саливан, как на линии старта, но никто из моих преследователей не вышел из машины. Тертые перцы: стоило им допустить такую оплошность, и я рванула бы на красный, увеличивая свои шансы.

 

На светофоре вспыхнул зеленый свет, и я бросилась вперед, не щадя сцепления и колес.Мы неслись по прямой в две полосы, обходя редкие машины на бешеной скорости. Стоковые тройки отстали, но М-ка уверенно шла за мной, сокращая дистанцию.Где же, интересно, четвертая? Не успела я додумать эту мысль, со второстепенной вылетела еще одна BMW.

Надоели мне эти «кошки-мышки». Нужно отрываться. Со смешанным чувством удивления и облегчения я обнаружила, что Супра была «заряжена», и запустила систему впрыска закиси азота как раз вовремя.

— Пристегнись! — Бросила я Райану и защелкнула свой ремень безопасности, когда турбированный пошел на обгон.

Райан так и не пристегнулся, он небрежно держался за ручку двери, сохраняя таким образом устойчивое положение на случай резкого маневра, искоса наблюдая за мной. Казалось, сумасшедшая гонка его скорее раздражала, чем беспокоила.

М3 подбиралась ко мне все ближе и ближе: вот она исчезла в мертвой зоне зеркал, и я пустила в дело свой последний козырь. Небольшая кнопка на руле открыла клапан подачи жидкого азота, наполняя машину дикой энергией.От захватывающего чувства внезапной свободы – секундного эффектра ускорения – перехватило дыхание. Безудержная сила эннерции вдавила меня в кресло и прижала к спине мои легкие, так что я буквально силой мысли заставила себя сделать вдох. Темные здания, фонарные столбы и редкие прохожие поплыли быстрее, превратившись в слившийся в серое бесцветное полотно невыразительный фон. Виляющий зад Супры, яростный рев двигателя рядом и тревожный писк в машине развеяли приятное состояние эйфории. Панель управления окрасилась в тревожный красный и на плоском экране нитро-системы загорелось предупреждение об опасности.

— Заткнись, — я яростно захлопнула выдвижной монитор, и вдавила педаль газа в пол, игнорируя предупреждение системы, но BMW по-прежнему уверенно шел за мной. Его товарищи отстали, машин на улице почти не было, казалось, мы остались одни на дороге.

Мы неслись по вечернему городу совсем рядом – я впереди на пол корпуса, когда он резко дернулся, коротким рывком поравнялся с Супрой и как в замедленной съемке миллиметр за миллиметром пошел вперед. Черт! И кто, скажите мне, ставит NOS на BMW?!

М3 уже опережала нас почти на корпус, а Супра, мигая всеми цветами радуги на приборной панели, начала терять скорость. По всем правилам погони сейчас было самое время подрезать, но М-ка пронеслась мимо, словно светящийся огненный шар, и ушла вправо, оставив меня в замешательстве.

— Что за…? — Я замолчала на полуслове. Далеко за моей спиной, окрасив улицу противным красно-синим светом, взвыла сиреной патрульная машина.

— Черт! – Сквозь зубы процедил Райан, закончив за меня фразу. Я даже удивилась, что он молчал так долго. – Доигрались.

Даже больше, чем перспектива очутиться в тюрьме, меня поразило, на сколько он был спокоен. В его глазах совершенно не было паники, лишь раздражение и злость читались в тонкой складочке меж сдвинутыми к переносице бровями. Он устало вздохнул и потянулся в кресле.

Его хладнокровие вернуло мне уверенность. От копов я уж точно смоюсь. Есть одно место в Чарльзтауне. Не одно поколение уличных гонщиков прятали машины во время полицейских облав среди ожидающих отправки железных коней в доках авто-порта.Там мы и затеряемся.

— Даже не думай об авто-порте, — лениво потянулся Райан.

— Ты знаешь об авто-порте? – Удивилась я.

— О нем все знают, Хоуп. – Райан глядел на меня, как учитель на двоечницу. – Думаю, поэтому испарались твои «друзья». Готовят тебе там теплый прием.

— И что ты предлагаешь? – Мне самой не понравилось, каким растерянным оказался мой голос.

— Я предлагал не красть машину. Теперь уже поздно. Начинай думать, какому адвокату позвонишь.

Не нравился мне его тон, каким-то родительским он получился. Голос его был серьезен, но в глазах не было и тени беспокойства. Будто все происходящее его не касалось ни коем образом.

Уж не из полиции ли он?

Я колебалась непозволительно долго, но все же вытащила сотовый и набрала номер. Щелчок соединения раздался сразу после первого гудка – слишком быстро.

— Ноа?! – Спросила я неуверенно.

— Зачем. Ты. Сюда. Звонишь?! – Обреченно вздохнул он, сдерживая злость.

— Пожалуйста, мне нужна помощь!

— Ты что, смеешься?!

— Прости! Пожалуйста, не вешай трубку! Копы у меня на хвосте!

— Это подстава, Хоуп!

Затаив дыхание, я ждала, что услышу щелчок и короткие гудки, но на другом конце провода повисло тягостное молчание.Какое-то время мы просто слушали вой полицейской сирены. У Ноа был срок за угон: если меня поймают и выяснится, что мы общаемся, не я, а он будет первым подозреваемым.

—  Я рядом с Дорранс и сильно облажалась. Плохие парни ждут, что копы загонят меня в доки… – Я начала говорить, пока Ноа сомневался, рискнуть своим будущим или бросить меня на произвол судьбы.–Мне нужно где-то спрятаться…

— Где ты конкретно? – Наконец, сдержанно спросил он.

— Еще на Разерфорд.

— Разворачивайся. – Обида в его голосе исчезла, это был тон профессионала.

— Куда?

— Сворачивай на Челси и уходи на Эверетт через жилые кварталы. Держи копов рядом, не отрывайся.

— Зачем?

Я бросила взгляд в зеркало заднего вида и с досадой отметила, что число стервятников в погонах, устремившихся по мою душу, неуклонно растет. Теперь у меня на хвосте висели целых 3 патрульные машины.

 

— Если они тебя потеряют, то поднимут вертолет. Тогда тебе конец.

— Черт!

— Уходи от них перед мостом. У тебя будет не больше 3-х минут, но этого должно хватить. Гони по Алфорд до развилки Боу-стрит и Бродвэя и сворачивай на Мистик. Увидишь красное здание с желтыми воротами, сразу слева. Тебя там будут ждать.

— Спасибо!

На другом конце провода раздался глубокий вздох.

— Это машина Ли Ховарда, хозяина мастерской. Там в бардачке радиостанция, — буркнул Ноа, — включи на полицейской волне, канал 2. Это все.

— Спа… — Я хотела поблагодарить его еще раз, но в телефоне раздались короткие гудки. Ноа положил трубку.

 

Райан молчал, и я была этому рада. Меня раздражало его спокойствие. Так что если разговор состоится, он не принесет ничего хорошего. Лучше не затевать перебранки за рулем, когда драпаешь от копов.

Полиция пошла на сближение, и первая машина вышла на обгон, поджимая меня к обочине. На дороге впереди показался старенький пик-ап. Форд. Водитель Форда спутал карты копам: включив левый поворот и притормаживая на светофоре, он заставил их перестроиться. Воспользовавшись моментом, я бросила машину в занос на встречную полосу, с трудом разминувшись с встречным Escalade-ом, и выскочила на соседнюю улицу.

Но копы удачно повторили мой маневр. Похоже, оторваться будет все же не так просто, как я думала.

Мы летели по выбитым дорожкам и тихим перекресткам ночного Чарльзтауна  в опасной близости друг от друга, сшибая мусорные контейнеры и игнорируя одностороннее движение. Я лавировала по узким улочкам, «виляя задом», но так не могло продолжаться долго.

Полицейская волна сообщила о приближающемся подкреплении. Еще две машины только что свернули с Мэйн-стрит на Салем мне наперерез.

Я нырнула на Перл-стрит прямо у них под носом и прибавила скорость. Панель не гасла, Супра медленно умирала, вздыхая перетруженным мотором.Двоечка Ноа за ремонт.

 

— Гонит на Терминал! – Раздался в эфире голос одного из копов, видимо из местных.

— Уходит в порт! – Вторил ему другой «эксперт».

— Барри – на Мистик, Льюис – на Элм! 3-6-4 со мной! Прижмем его на Мэдфорд!

— Есть! – Все трое отрапартовали в эфир.

— Да! – Я радостно заерзала в кресле. Путь на Эверетт будет свободен.

— Когда скажу – держись! – Я бросила Райану, перекрикивая шум двигателя.

Мы вылетели на Медфорд-стрит.

— Сейчас!

Не сбрасывая скорость, я отправила Супру в занос, рванув ручник, переключилась на пониженную, выравнивая машину, и вдавила педаль газа в пол.

Копы с Мистик и Элм  вылетели к перекрестку с Терминал-стрит одновременно, чуть не сбив друг друга, так что на перекрестке образовалась пробка. Теперь у меня на хвосте осталась одна патрульная машина, но даже с форсированным движком, она не могла тягаться с умирающей Тойотой.

 

Я гнала в единственное место, сулившее мне спасение – к неизвестным друзьям Ноа,-  наблюдая, как стремительно удаляется полицейская машина в зеркале заднего вида.

Отчаявшись, мои преследователи вновь заполонили эфир:

 

— Всем машинам в Чарльзтауне!

— Желтая Тойота Супра идет по Мэдфорд к площади Салливан. Машина в угоне, водитель профессионал, возможно вооружен.

— Центр, нужно подкрепление. Внимание всем патрулям в Соммервиле!

— Перекройте мост!

 

— Нет! – Внутри у меня все похолодело. – Черт возьми, нет!

Копы закрывали мост на Эверетт.Я врубила вторую ступень нитро-системы. Лампочки на панели перестали мигать – теперь все, что могло, горело не переставая, но Супра летела вперед. Железнодорожный переезд впереди был закрыт, и я пролетела его, сбив шлагбаум. Только бы успеть!Мы выскочили на мост в гробовой тишине – сирены смолкли.Полицейские отстали, только эфир гудел от переговоров, как растревоженный улей. Плохой признак.

Ночное шоссе опустело, и я гнала Тойоту вперед на пределе возможностей.

— Тормози! – Тихо сказал Райан, только мы миновали воду и впереди показались огни первого светофора.

— Что?

— Тормози!

— Зачем?

— Шипы!  — В его голосе больше не было ледяного спокойствия.

— Где? – Я включила дальний свет. – Не вижу.

— Сейчас! – Прорычал Райан. Клянусь, он дернулся перенести ногу на тормоз.

Свет фар вырвал из темноты перекресток и узкую полоску шипов перехвата. Инстинктивно я ударила по тормозам.Ремни безопасности врезались в мое тело острой болью, Райан резким движением рук уперся в приборную панель, только чудом не вылетев вперед через лобовое стекло. Тормоза у Супры были хорошие. Но я среагировала непозволительно медленно.

Визг колес, черный дым и запах паленой резины заполнили улицу. Машина вздрогнула всем телом, пролетев шипованую ленту, и ушла в занос.Я боролась с Тойотой, казалось, целую вечность, стараясь придать Супре равновесие после экстренного торможения. Наконец, выполнив «полицейский разворот», машина остановилась задом к полицейским заграждениям. Черные клочья и полосы на асфальте свидетельствовали о том, что по крайней мере одного колеса у нас больше не было.

— Выйдите из машины и держите руки так, чтобы я их видел! – Раздался из мегафона голос копа.

— Черт!

Я огляделась по сторонам, выбивая пальцами дробь на руле, не веря, что провалилась с таким треском.

— Поехали! – Спокойно произнес Райан.

Я недоверчиво посмотрела на него.

— Значит, адвокатам звонить ты передумал? – Съязвила, чтобы снять напряжение.

— Выйдите из машины! – Повторил в мегафон полицейский.

Райан потянулся ко мне и выключил свет.

— Газ в пол, когда скажу.

Вспомнив, как он в кромешной темноте вывозил меня из Нью-Йорка, я решилась. Включила первую, перенесла ногу на «газ», довела до четырех тысяч оборотов и отпустила сцепление.В теории я знала, что можно ехать на дисках, но до сих пор не выпадало случая попробовать. Супра подпрыгнула и бросилась наутек. Я переключилась с первой сразу на третью. Райан отобрал у меня руль и резко свернул вправо прямо на тротуар. Машина вынесла тонкую алюминиевую сетку, ограждающую пустырь, снесла сугроб и легко перемахнула кусты, подняв облако снежной пыли.

— Давай!

Я утопила педаль до пола, и освещенная улица исчезла, оставляя в зеркале заднего вида растерявшихся копов. Машина завиляла, проскальзывая по снегу, но Райан выровнял её почти небрежно.

— Пониженную!

Я переключилась.

Мы пролетели мимо мрачного промышленного комплекса, погруженного в темноту.

— Сбрось газ! – Приказал Райан, и я убрала ногу с педали.

Больше я ничего не видела, лишь по шуму колес догадываясь, что дорога под снегом, видимо, из гравия, пока, наконец, мы не выскочили на тускло освещенную Кемикал-лэйн прямо перед развилкой Боу-стрит и Бродвея. Я инстинктивно притормозила, и Райан вернул мне руль:

— Теперь сама!

Я вывернула на Мистик-стрит.Красный дом с двумя желтыми воротами оказался сразу слева, но его окна были заколочены, а ворота наглухо забиты.

Я уставилась на заброшенное здание в растерянности, когда пухлый чернокожий парень откуда ни возьмись, бросился прямо под колеса. Я утопила тормоз в пол, а толстый «самоубийца», ловко оттолкнувшись от капота, в два пряжка очутился у ворот. Он быстро сунул ключ в замочную скважину, и дверь легко отворилась – набитые доски оказались бутафорией.

— Давай сюда! – Парень замахал нам руками, внимательно оглядываясь по сторонам.

Я загнала Супру в «гараж» и заглушила мотор, Райан закрыл за мной ворота.

— Ого! Здорово вас! – Присвистнул парень, глядя на то, что осталось от дисков Супры – Ладно, пошли. – Он открыл дверь на задний двор.

На улице раздался вой полицейской сирены.Мы с Райаном переглянулись и направились за толстяком.Похоже, выбора у нас не было.

Чернокожий парень остановился у забора, открыл калитку и протянул мне ключи.

— Найдешь серый DodgeRamна Кортленд-стрит в двух кварталах отсюда. Привет Ноа.

Мы вышли, крепыш вскочил на припаркованный здесь же мопед и растворился в темноте улицы.

• Идем. – Райан подтолкнул меня вперед.

Мы прошли квартал, когда слепящий свет ударил мне в лицо, так что я на доли секунды потеряла ориентацию, — из-за поворота показалась полицейская машина. Копы пронеслись мимо, но,резко затормозив на перекрестке, включили задний ход.

Мы были единственными прохожими в вымершем на ночь промышленном районе. Разумеется, копы не отстанут так просто. В моем рюкзаке ноутбук полон программ для взлома, так что в голову мне пришла единственная мысль:

— Бежим! — Я рванула вперед, увлекая Райана за собой.

Копов в машине оказалось двое, один из них, словно каскадер, выскочил на ходу и кинулся за нами. — Стой!

В ту же секунду нам на встречу вылетела вторая патрульная машина.

Я бросилась в узкий проход меджу домами и сразу же уперлась в тупик.

— Не туда! — Райан поймал меня за шиворот, как котенка. –За мной!

Он схватил меня под руку и потащил за собой через улицу к забору какого-то завода, вскочил на ограду одним прыжком и протянул мне руку.

— Давай!

Копы, высыпав из машин, рванули за нами.

 

Наши руки сомкнулись, и Райан поднял меня наверх, как пушинку, но у меня не было времени удивляться его исполинской силе. Ноги коснулись асфальта, и мы рванули вглубь заводских построек.

Мы бежали меж гигантских цистерн, соединенных трубопроводами, под аккомпанемент полицейских сапог, громыхающих по асфальту.Вдруг что-то резко дернуло меня назад, раздался противный треск, и я полетела на землю, запутавшись в собственных ногах. Райан, внезапно оказавшись рядом, поймал меня в миллиметре от асфальта.

Я сразу поняла, что случилось. Я несла рюкзак на одном плече, так что свободная ручка зацепилась за выступающий на трубе вентель, когда я лавировала в хитросплетении цистерн и труб.

— Сумка!

Я развернулась на 180 градусов и кинулась за ней.

— Стой! – Райан бросился за мной, и в этот момент прогремел выстрел.

Мы среагировали одновременно: я вжалась в узкую нишу между цистерной и трансформаторной будкой, а Райан отпрянул назад – для него в нише места не было. «Угонщик вооружен»- вспомнила я ориентировку копов из Чарльзтауна. Видимо поэтому мои преследователи прятались за металлическими емкостями, а не бросились за мной стремглав. Значит, предупредительный в воздух – наверное, от волнения я просто не слышала, как копы предупреждали, что будут стрелять.

Я могла проскользнуть незамеченной в обход будки и бежать, у Райана так же был путь к отступлению, но в тряпичной сумке на мокром асфальте остался ноут, а в полиции были люди, способные вытащить из него мои персональные данные. Я непроизвольно наклонилась вперед, оценивая расстояние до потенциальных улик и ближайшего здания, и выудила из кармана зажигалку. Хорошо, что ношу ее вместо фонарика. Надеюсь, доброшу.

— Нет! – Беззвучно, одними губами просил Райан, взгляд – само неодобрение. Но я замахнулась и, что было сил, бросила зажигалку в противоположную стену. Раздался хлопок, и я рванула за сумкой, пока легавые пригнулись, прячась от «выстрела».

Подхватив сумку, я бросилась за трансформатор, когда тишину спящей промзоны вновь разорвал звук выстрела. С противным свистом пуля прошла в миллиметре от моего лица, срезав прядь волос. Трюк сработал, улики вновь были у меня, но копы теперь стреляли на поражение…

Кто-то с силой толкнул меня вперед, и я узнала силуэт Райана.

— Сумасшедшая!

Перевернув за собой груду деревянных паллет, преграждая путь полицейским, Райан потянул меня в узкий проход между приземистым зданием и рядом ржавых емкостей, вкопанных в землю.

— Не отставай!

Мы повернули за угол и уперлись в решетчатый забор, освещенный желтыми лучами одинокого фонаря. Остальная территория неизвестного объекта была погружена во тьму.

— Давай!

Райан подбросил меня за талию, я вскарабкалась наверх и спрыгнула с другой стороны.

Здесь лежал снег, видимо, поэтому я и не рассчитала высоту.Я грохнулась прямо в сугроб, подвернула ногу и вылезала на четвереньках, неуклюже и непозволительно медленно.

Скрип снега в темноте заставил меня обернуться на звук. Это были не копы, но мне не суждено было вздохнуть с облегчением. Четыре пары горящих красным глаз уставились на меня из темноты, и тишину спящего завода нарушило глухое рычание. Свора громадных сторожевых собак медленно приближалась к пятну света, скаля зубы. Поджарый ротвейлер пригнулся, готовясь к прыжку. Райан приземлился рядом со мной, поднял меня из снега за шиворот и обнял, закрывая от скалящейся псины своим телом.

Я замерла,ожидая атаки, но псы оцепенели.Шерсть на их спинах встала дыбом, горящие глаза были устремлены к Райану. Они смотрели друг на друга, не двигаясь. Вокруг вдруг стало очень тихо.

— Кышь! – Прошептал Райан, и стая, поджав хвосты, жалобно скуля, попятилась назад.

— Пошли. – Он взял меня под руку и потянул за собой мимо застывших в нерешительности собак.

— Как ты…? – Я изумленно оглядывалась на грозных четвероногих охранников, не понимая, что Райан с ними сделал, но тут он толкнул меня в узкую нишу между стальными амбарами, и псы вновь зашлись яростным лаем. В тусклом свете желтого фонаря у забора появились полицейские.

Ротвейлер бросился вперед, вгрызаясь в сетку, не в силах достать непрошеных гостей. Три остальных охранника – матерые дворняги – рвали железные прутья лапами, рыча и лязгая челюстями.

— Глухой номер. – Махнул рукой один из копов. – Они не могли здесь пройти, мы их потеряли.

— Возвращаемся. – Согласился второй.

Мы стояли, прислонившись к ледяной стали, и слушали удаляющиеся шаги.

— Пошли?- Прошептала я Райану, когда копы скрылись из вида. Я обернулась в темноте, но ничего не видела, так что потянулась в пустоту, и он поймала мою руку. Странное это было прикосновение. Меня как током ударило.Захотелось вырваться, но я и сантиметра впереди себя не видела.

— Иди вперед. – Он выпустил мою ладонь и подтолкнул меня к свету.

Я поморщилась и отвлеклась на другую проблему. Подвернутая нога болела. Райан шел рядом, не говоря ни слова, поддерживая меня под руку, пока я хромала и спотыкалась в темноте.Собаки, успокоившись, курсировали вдоль забора, игнорируя нас. Мы вышли на темную улицу и уперлись в парковку, сразу обнаружив Додж.

Райан снова подсадил меня первую, затем перемахнул забор сам и помог мне приземлиться.До машины я допрыгала на одной ноге и сразу же заползла за руль, цепляясь за подбитый пик-ап. Такая машина здесь не вызовет у копов подозрений.Как ни странно, Райан не претендовал на место водителя. Он занял пассажирское сидение и прикрыл глаза, лицо его было прекрасно даже в гневе. Теперь, когда все обошлось, он злился, и я не могла понять, почему.

Я выехала на Бродвэй, соблюдая все правила дорожного движения, влилась в редкий поток машин и свернула на шоссе, ведущее к Кембриджу с севера. К счастью, машина оказалась на автомате, и мне не пришлось нагружать больную ногу, выжимая сцепление. Хотя я больше не слышала воя сирен, а полицейский вертолет ушел в сторону Челси, когда мы были еще на Бродвэе, я не решилась бросить Додж под домом и остановилась в трех кварталах.

— Хух! – Я выдохнула с облегчением, понимая, что «гонка на выживание», наконец-то закончилась.

— Надеюсь, ты понимаешь, что это был идиотский поступок?– За всю дорогу он не проронил ни слова.Теперь взгляд Райана был суровым, на прекрасном лице застыло выражение справедливого недовольства. — Никогда больше так не делай! — Казалось, он сейчас отчитает меня, как когда-то делал мой отец. Сравнение меня позабавило, и я непроизвольно улыбнулась:

— Да ладно тебе.

— Хоуп, тебе очень повезло, что с тобой ничего не случилось!

— Но не случилось же! – Вспылила я.

— История пока не закончилась.- Карие вишни метали молнии.Всем своим видом Райан демонстрировал, что если я сейчас не соглашусь, мы серьезно поссоримся, но не могла я оставить за ним последнее слово:

— Я справлюсь. — Буркнула я сдержанно.

— Ты сама в это веришь?- Райан тоже совладал с эмоциями, звенящая сталь исчезла в его голосе, а на лице появилось выражение превосходства. Он записал мое спасение на свой счет.

— Я верну машину и поговорю с хозяином мастерской. Он заберет заявление.

Если мне удастся вытащить из ноута то, что нужно заказчику, у меня хватит денег уладить это недоразумение.

— К черту машину!– Райан не просто повысил голос, он рявкнул с таким выражением на лице, какого я у него еще не видела. — Ты хоть потрудилась узнать, с кем связалась?! Ты могла умереть, если бы…

Он осекся, прикусив губу и сжав кулаки. Это должно было быть больно, но он так и застыл в этой позе, глядя на меня из под лобья и тяжело дыша.

— Если бы не ты? — Огрызнулась я. — Не задержи ты меня в мастерской, я бы спокойно уехала.

Лучший способ защиты – нападение:

— Если бы ни ты, погони, возможно, вообще не было бы! Какого черта ты таскаешься за мной?! Ты, считай, сам помог выкрасть тачку, а теперь читаешь мне лекцию!

Я лишь хотела поставить точку в разговоре, но на лице Райана вдруг отразилось подобие шока, в долю секунды сменившегося бешенством. Молниеносным движением его рука  сжала спинку моего кресла. Едва я оторвала от неё взгляд, пораженная её нечеловеческой скоростью, мои глаза встретились с его горящим взглядом.Его искаженное яростью лицо было в сантиметре от меня.

И тут я впервые за сегодняшний день посмотрела на него, вдруг осознав, что не хочу быть сейчас рядом. Не только его настроение было мрачным, весь его вид был жутким как в тот день, когда я впервые увидела его. Поглощенная планом взлома, я не заметила это ни дома, ни по дороге, когда спешила в кафе, ни уж тем более в пылу погони.Но сейчас меня поразило его лицо. Оно было даже не бледным, в вечернем освещении оно казалось пепельно серым.Глаза словно впали и глубокие черные тени пролегли под ними. Лицо, скорее покойника, а не человека, проведшего бессонную ночь. Я не могла поверить, что пропустила это.

На долю секунды я оцепенела, чувствуя приближение панического страха. Что-то в нем пугало меня до чертиков.

— Ты не понимаешь, ЧТО могла натворить! – Он прорычал мне в лицо незнакомым голосом, заставив меня вжаться в кресло и зажмуриться.

Пассажирская дверь хлопнула с такой силой, что было удивительно, почему не рассыпалось стекло. Салон был пуст, как и тихая улочка, где мы остановились, когда я открыла глаза – Райан буквально испарился. Я сделала судорожный вздох и разжала пальцы, осознав, что перестала дышать и замерла, словно статуя, встретившись с его демоническим взглядом. Сжав пальцами пульсирующие виски, я обнаружила, что весь мой лоб был влажным и липким от пота.

Словно выжатый лимон я побрела домой.